На главную На главную
8 (4967) 54-01-05

АО ТД "ЗиО - Энерготехпром"

Юридический адрес: 142103, Московская обл. г. Подольск ул. Орджоникидзе, д.8.

 

Почтовый адрес: 142103, Московская обл. г. Подольск ул. Орджоникидзе, д.8.

 

Тел/факс:

+7(4967)54-01-05

 

Менеджеры:

+7(499)409-21-41

+7(495) 972-31-92 

+7(901) 543-59-37 

+7(901) 183-93-96 

+7(495)  9881674

+7(495) 9891794

E-mail - etp-m@podolsk.ru

Яндекс.Метрика

Будущее в настоящем. Российский и мировой рынок стали — итоги недели (2-9 июля 2017 г.)

Версия для печати

Первая неделя июля прошла под знаком саммита G20 в Гамбурге, которому предшествовала встреча лидеров России и Китая в Москве. На мировом и российском рынках стали при этом продолжали развиваться прежние тенденции. Китай и Турция по-прежнему возглавляли процесс повышения цен на листовой и сортовой прокат соответственно в Азии и странах Ближнего Востока. В России дорожали арматура и фасон, в то время как листовой сегмент вступил в переходный период между спадом и стабилизацией.

Теме торговли стальной продукцией на встречах «большой двадцатки» в последнее время уделяется достаточно заметное внимание. Это объясняется, пожалуй, тем, что вопросы, связанные с металлургической промышленностью, касаются всех участников этого «международного клуба». К тому же, сталь — это один из немногих воистину глобальных рынков, где все основные участники играют фактически на равных и по общим правилам.

Основные претензии, которые предъявлялись в последние годы к Китаю, как раз и заключались в том, что он якобы нарушает эти правила, предоставляя своим металлургическим компаниям неоправданные и превышающие общепринятый уровень преимущества и субсидируя экспорт. По большей части, эти обвинения надуманны, так как китайское правительство поддерживает все отрасли национальной промышленности, и металлургия не имеет в этом отношении каких-либо существенных привилегий. На самом деле, настоящим нарушителем сложившегося порядка на мировом рынке стали могут стать США.

Если ранее американские власти на международной арене могли восприниматься в виде этакого шерифа-отморозка, насаждающего закон и порядок, пусть даже исключительно в собственном их понимании, то теперь они все больше превращаются в бандита-беспредельщика, руководствующегося только своим сиюминутным интересом и плюющего на любые правила и понятия, если они его не устраивают. Пример такого подхода может быть продемонстрирован в отношении стальной продукции.

Начатое весной расследование по ст. 232, допускающей ограничение импорта любых товаров в интересах национальной безопасности, изначально рассматривалось с точки зрения узкого сегмента — стальной и алюминиевой продукции, применяемой в оборонной промышленности. Однако в последние несколько недель американские представители неоднократно заявляли о намерении использовать этот предлог для выставления широких протекционистских барьеров посредством заградительных пошлин и/или квот.

В принципе, американцы уже подкладывали такую мину под международную торговлю в 2002 г., когда под достаточно сомнительным предлогом ввели 30%-ную пошлину на ряд видов стальной продукции сроком на три года. Однако серьезных последствий это не имело. Цены на сталь на американском рынке просто скакнули вверх, а объемы импорта сократились, но не радикально. В 2004 г., когда стоимость стальной продукции снова начала увеличиваться по всему миру, американцы досрочно сняли эти ограничения, тем более, что этого потребовала ВТО.

Сейчас же наиболее серьезным последствием американской инициативы могут стать ответные действия со стороны Европейской комиссии, которая уже предупредила, что в ответ на введение американских пошлин, ежели они затронут европейскую продукцию, немедленно сделает то же самое у себя. В качестве обоснования выдвигается весьма сомнительный предлог, будто бы стальная продукция, вытесненная из Америки, неизбежно хлынет на европейский рынок, причем в авангарде этого процесса окажутся китайцы и прочие нарушители правил международной торговли. Хотя на самом деле крупнейшие статьи американского импорта стали — это слябы и трубы, а крупнейшие поставщики проката в США — Канада, Корея и Япония. И в том, и в другом случае, особых причин для беспокойства по поводу возможной экспансии в Европу нет.

На саммите G20 в очередной раз заявлено о недопустимости государственного субсидирования металлургической промышленности и необходимости скорейшей ликвидации избыточных мощностей, но от введения ограничений на импорт стали американцы все-таки воздержались. Однако эта тема с повестки дня не снята.

Так или иначе, новая волна протекционизма, которая, начавшись со США и Европы, может быть подхвачена другими странами, - это реальный риск для стабильности мирового рынка стали. Что в очередной раз подчеркивает важность для российских металлургов, прежде всего, внутренних продаж.

В начале июля на отечественном рынке наблюдалось дальнейшее повышение котировок на арматуру, которое можно объяснить, прежде всего, наступлением сезонного роста в строительной отрасли. К тому же, к середине лета производителям и дистрибьюторам в целом удалось снизить остроту проблемы избыточных складских запасов. Безусловно, сыграло свою роль и улучшение внешней конъюнктуры. Китай по-прежнему находится вне рынка заготовки и сортового проката и, соответственно, не конкурирует с другими поставщиками, а подъем в строительном секторе Турции тянет вверх котировки на арматуру, полуфабрикаты и металлолом.

Китайские компании также продолжают поднимать экспортные котировки на листовой прокат, доведя их до уровня конца марта — начала апреля текущего года. Вместе с ростом в Турции это создает благоприятные возможности для российских металлургов несмотря на приостановку продаж горячекатаных рулонов в ЕС, где нашим производителям грозят антидемпинговые пошлины. В самой России листовая сталь все еще дешевеет, но спад уже явно подходит к концу, переходя в стабилизацию.

Впрочем, и в сортовом, и в листовом секторах сохраняются риски избытка предложения и нового понижения цен. Так что, проблема недостаточного спроса остается актуальной. И здесь важнейшие события прошедшей недели — встреча Владимира Путина и Си Цзиньпина, а также заявление президента на заседании Совета по стратегическому развитию и приоритетным проектам о необходимости формировании цифровой экономики — не обещают никаких быстрых решений.

Изменить что-либо в российско-китайских экономических отношениях, в которых преобладают поставки российских энергоносителей в обмен на китайские потребительские товары и оборудование, - задача неимоверной сложности. Китайцы, как известно, очень тяжелые партнеры. И хотя как поставщики они могут быть вполне приемлемыми, продать им что-либо несырьевое крайне тяжело. Китайский рынок отличается очень высокой степенью протекционизма, даже российская сельхозпродукция пробивается туда с превеликим скрипом.

Китайские инвестиции в российскую экономику — это нечто более реальное. Как раз в металлургической промышленности есть примеры достаточно успешных проектов. Но затевать что-либо крупномасштабное и в рамках межгосударственного сотрудничества китайцы, как правило, умеют только в сравнительно небольших странах, где их главенство не подвергается сомнению. Поэтому даже в инфраструктурной сфере, где обоюдный интерес, вроде бы, очевиден, существенные подвижки в ближайшее время маловероятны. Удастся привлечь китайские средства для финансирования пары-тройки проектов среднего уровня — уже хорошо.

Помимо всего прочего, в ходе визита китайского лидера в Москву было подписано соглашение об инвестициях Российско-Китайского инвестиционного фонда, основанного РФПИ совместно с Китайской инвестиционной корпорацией, в капитал Zhaogang — крупнейшей электронной площадки по торговле стальной продукцией, проявляющей интерес к российскому рынку. Кстати, эта компания представляет собой пример той самой цифровой экономики, о которой говорил российский президент. В прошлом году, по данным корейской Posco, через данную площадку прошло 32 млн. т стальной продукции, в основном, напрямую от производителей к потребителям.

Вообще, реализация «цифровых» инициатив президента в перспективе может заметно изменить условия на российском рынке стали. Прежде всего, это широкое внедрение электронной торговли во всех ее проявлениях и распространение всевозможных онлайновых сервисов.

Уже сейчас все ведущие российские металлургические компании активно разрабатывают это направление, предлагая клиентам электронное размещение заказов, возможность наблюдения за их исполнением в режиме реального времени, поставки в указанный срок, системы CRM для урегулирования претензий и другие опции. Довольно скоро все это станет «обязательной программой», причем не только для металлургов, но и для дистрибьюторов, которым, вероятно, придется больше двигаться от торгово-посреднической деятельности в сторону предоставления специализированных услуг, причем не обязательно связанных только с обработкой стальной продукции.

Еще одним немаловажным аспектом станет повышение прозрачности в финансовой сфере. В России строится «белая» экономика, в которой все платежи должны быть доступны для налоговых и регулирующих органов. И это тоже необходимо учитывать. Не исключено, что в будущем такой же контроль можно будет осуществлять и над поставками конкретных партий стальной продукции, что, например, позволит исключить использование проката, не отвечающего стандартам качества.

Безусловно, любые перемены — это непросто, к ним надо уметь приспосабливаться. Но зато они всегда открывают новые возможности. Главное — не пропустить их.

Источник: ИИС «Металлоснабжение и сбыт»